Кто победит на президентских выборах во Франции 2027 года?

Обновлено:

Исходы

Исходная оценка

Мы начинаем с того, что кандидат Национального объединения (Ле Пен или, если её не допустят, Барделла) — небольшой фаворит: он уверенно лидирует в опросах первого тура, а центр расколот и несёт груз непопулярности Макрона. Но за полгода до выборов опросы во Франции часто ошибаются, и во втором туре против RN исторически объединялись все остальные — поэтому шансы RN ниже половины в начальной оценке. Центр и правоцентр — второй по вероятности исход, левые — третий.

Расклад

Чтобы выиграть второй тур 2 мая 2027 года, кандидату Национального объединения нужно прибавить к лучшему результату партии почти девять пунктов. Этот результат — 41,5% в 2022 году, а опросы первого тура сейчас дают Марин Ле Пен 34–38%. Мы оцениваем шанс кандидата партии на победу в 52%: вопрос не столько в том, сколько голосов у неё уже есть, сколько в том, кто окажется напротив.

Правила просты. 18 апреля голосуют за всех, 2 мая остаются двое, если никто не взял половину сразу. Первое место Ле Пен почти не оспаривают: её отрыв двузначный уже несколько месяцев. Спор идёт за вторую путёвку, и в конце октября он выглядел плотным: по данным BBC, Меланшон набирал 17%, Глюксманн 13–16%, Филипп 13–15%.

Но движение идёт против центра. Пять опросов после беспорядков 17 октября, по подсчёту Politico, показали одно: преемники Макрона выбывают в первом туре. В начале ноября картина та же: Меланшон закрепился на втором месте, никто из центра и правых во второй тур не проходит. Беспорядки и сотни тысяч людей на улицах сработали на оба края: Ле Пен говорит о порядке, Меланшон — от имени протеста. Под этим лежит долговой кризис: доходность десятилетних французских облигаций поднялась выше 5% впервые с 2002 года, а кризис при правлении центра бьёт по его преемнику.

Центру мешает и собственная арифметика: кандидатов четверо — Филипп, Аттал, Ретайо, Лиснар. Аттал предложил праймериз. 1 ноября Филипп отказался и сказал, что каждый должен определиться к февралю; France 24 прочла это как намёк слабым сняться. Других сроков у центра сейчас нет.

Опросы и их ошибка

Цифры второго тура выглядят приговором: по IFOP, Ле Пен побеждает любого соперника, а против Меланшона опросы дают ей 69 на 31. Верить им буквально нельзя, и причин две.

Первая: на таком расстоянии второй тур толком не измеряют. Об этом предупреждают сами социологи, а Politico добавляет, что многие пожилые избиратели ещё не решили, что делать при выборе между этими двумя. Лидер опросов первого тура за полгода до голосования побеждал примерно в половине случаев. Балладюр в 1995-м, Жоспен в 2002-м, Фийон в 2017-м — вот каким шумным бывает этот замер.

Вторая касается самой партии. В 2017 году за полгода до выборов Ле Пен показывали 38–40% во втором туре, получила она около 34%. В 2022-м показывали около 45%, получила 41,5%. Во втором туре голос, потерянный одним, достаётся другому, поэтому потеря 4–6 и 3,5 пункта означает, что отрыв сжимался на 7–12 пунктов. Значит, чтобы опросы за полгода решали дело сами, отрыв должен быть заметно больше 12 пунктов. Прецедентов всего два, так что это ориентир, а не закон.

Дуэль с Меланшоном этот порог проходит с огромным запасом, и на этом держится весь сюжет: у Ле Пен один соперник, против которого расчёт почти закрыт, и несколько, против которых он открыт. Пять опросов при этом не пять подтверждений. Ошибки опросов в одной кампании связаны, и все пять сняты после одного события, так что это один снимок одного момента.

Сценарии

Побеждает Национальное объединение, 52%. Короткий путь — второй тур с Меланшоном: для него нужно лишь, чтобы центр дошёл до весны разобщённым. Длинный — победа над центристом. Апелляция в июле сократила запрет Ле Пен занимать должности и открыла ей дорогу на выборы, но условие вопроса считает кандидата партии: если она всё же не пойдёт, её место займёт Барделла.

Центр собирается, 28%. Сначала кто-то из четверых остаётся один, затем обходит Меланшона, затем во втором туре получает голоса всех, кто голосует против Национального объединения. Сейчас лучший из центристов в опросах — Филипп. Похожий опыт есть: в 2024 году четыре левые партии объединились на парламентских выборах и не дали Национальному объединению большинства. Аналогия неполная: тогда левые собирались вокруг своих, а теперь им пришлось бы голосовать за центриста.

Побеждает левый кандидат, 16%. Самая спорная цифра этого текста. Меланшон опирается на молодых: по опросу Cluster17 для Politico, среди избирателей до 35 лет за него больше 40%, среди тех, кому за 50, не больше 14%. Его штаб отправляет сторонников в Facebook уговаривать родителей. Чтобы перекрыть 69 на 31, нужен сдвиг намного больше тех 7–12 пунктов, на которые отрыв сжимался раньше. Путь через Глюксманна, выигравшего праймериз умеренных левых с 66%, требует сначала обойти Меланшона, и на него мы почти не рассчитываем. Эта доля опирается на шумность опросов, а не на сегодняшние цифры, и может оказаться завышенной.

Кто-то ещё, 4%. Земмур, Вильпен и запас на кандидата, которого пока нет.

Что это изменит

Если побеждает кандидат Национального объединения. Без большинства в Национальном собрании внутренняя программа стоит, поэтому первым вопросом станет роспуск парламента. Сразу меняется то, чем президент распоряжается сам: оборона и голос Франции в Совете ЕС, где решаются бюджет союза, торговля с Китаем, помощь Украине и поправки к запрету российского газа. Первыми ответят держатели французского долга: обещания, которые бизнес зовёт «волшебной палочкой», придётся защищать при доходности на максимуме с 2002 года. Разрыв с немецкими облигациями станет первым счётчиком нового курса.

Если побеждает центрист. Европейский курс и союзы остаются, но те же расколотый парламент и долг: сокращать дефицит придётся тому же обществу, которое вышло на улицы.

Если побеждает левый кандидат. Всё зависит от имени. Меланшон обещает налоги на богатых, более ранний выход на пенсию и спор с бюджетными правилами ЕС, и столкновение с рынком облигаций начнётся так же быстро. Глюксманн оставил бы европейский курс и поменял бы налоги и социальные расходы, тоже упираясь в парламент.

Наша оценка

Мы начали с 47%. Половина случаев для лидера опросов — отправная точка; рост партии от выборов к выборам тянул выше, потолок второго тура — ниже, отдельно мы учли рынки прогнозов и шанс замены на Барделлу. К этой оценке мы пришли, уже зная октябрьские опросы и долговой кризис, поэтому повторно они почти ничего не добавили: мы учли их лишь в десятую долю силы, иначе одна история посчиталась бы дважды.

Сдвинула оценку ноябрьская волна опросов вместе с отказом Филиппа. Лидер от этого не меняется, но «больше половины» держится на одном факте.

Рынки прогнозов оценивают кандидата партии ниже нас, хотя за неделю и сдвинулись в ту же сторону: центр вниз, Ле Пен и Меланшон немного вверх. Manifold на 5 ноября давал 49% одной Ле Пен, без Барделлы. Это самый прямой довод против нашей цифры: в 2017 и 2022 годах рынки сами переоценивали Ле Пен, а мы сейчас ещё выше них. Есть и довод по существу. Бизнес назвал экономические обещания Ле Пен «волшебной палочкой», а доходности и так на максимуме с 2002 года, так что кризис, который бьёт по центру, может отпугнуть избирателей и от её программы.

В другую сторону работает то, что ни один центрист пока не проходит во второй тур, а механизма, который это исправит, нет.

Что изменит взгляд

Первым придёт январь: последние опросы IFOP и Elabe проверят, держится ли отрыв над лучшим центристом. Если нет, потолок партии снова становится главным вопросом.

В феврале истекает срок Филиппа. Снятие кандидатур само по себе ещё ничего не доказывает: важно, куда пойдут голоса.

Это покажет март, главная развилка. Если лучший центрист в среднем по опросам обойдёт Меланшона, шанс центра вырастет с 28% до 44%, вровень с Национальным объединением. Если нет, упадёт до 9%, а почти всё остальное поделят Национальное объединение и левые.

Источники