Что подтвердит в своих официальных резервах до конца 2028 года центробанк страны G20 или БРИКС: биткоин или иной криптоактив, только стейблкоины или ничего?

Обновлено:

Исходы

Исходная оценка

Ни один центробанк стран G20 или БРИКС официально не подтвердил, что держит биткоин в резервах, хотя такие резервы уже есть у отдельных правительств, например у казначейства США. Крупные центробанки в основном отказываются: биткоин слишком волатилен и плохо подходит под требования к резервам. Движение идёт среди малых стран, поэтому шанс есть, но за два года он невелик. Стейблкоины выделены отдельным исходом: у них другой мотив, расчёты под санкциями, а публичное подтверждение ещё менее вероятно.

Ключевые выводы

Наш взгляд

Вопрос узкий. Нужен центробанк одной из стран G20 или БРИКС, включая расширенный состав: Египет, Эфиопию, Иран, ОАЭ и Индонезию. Нужно официальное подтверждение прямого владения в резервах или на балансе как резервным активом. Не считаются цифровые валюты центробанков, токенизированные облигации, ETF, конфискованное, резервы минфина или казначейства, суверенные фонды, чужие оценки и разрешающий закон без покупки.

Базовый сценарий скучен. Биткоин остаётся у правительств и суверенных фондов, малые страны экспериментируют на небольшие суммы, а крупные центробанки не трогают актив, который слишком волатилен и плохо ложится на требования к резервам. За два года эта картина меняется только по частям.

Рынок и мы

На Manifold на 6 ноября покупке криптовалюты любым центробанком к 2030 году давали 72%, а объявлению биткоин-резерва любым суверенным государством 66%. Оба рынка стоят намного выше нас, но и спрашивают о другом: о любом центробанке или государстве и на более долгий срок. Первый рынок к тому же очень тонкий. Мы берём их как верхнюю границу и не считаем, что расходимся с ними по существу. Рынка на сам этот вопрос нет.

Что это изменит

Если подтвердят биткоин. Первый центробанк такого уровня снимает главный репутационный барьер: управляющим других стран станет труднее говорить, что так не делают. Выигрывают держатели биткоина и его ETF, и спор о нём как о резервном активе рядом с золотом становится предметным. Проигрывает довод крупных центробанков о непригодности актива, хотя правила резервов быстро не изменятся.

Если только стейблкоины. Это почти наверняка история о расчётах под санкциями, а не о накоплении. Эмитент USDT и его регуляторы получают политическую проблему, а доллар парадоксальным образом выигрывает: спрос на него идёт в обход американских банков.

Если ничего. Меняется мало, и это само по себе вывод. Золото остаётся главной страховкой резервов, а криптоактивы остаются делом казначейств, фондов и малых стран.

Драйверы

Юридическая стена. ЕЦБ, Банк Кореи и центробанк Бразилии прямо отказываются или не могут держать такой актив. Для многих других обязательное подтверждение ещё и невыгодно: кто покупает ради обхода санкций, вряд ли объявит об этом.

Лестница прецедентов. Казахстан направляет часть резервов нацбанка в криптоактивы, новый центробанк Гелепху в Бутане получил право их держать, Чехия ведёт пробный портфель. Каждая ступень снижает цену следующей, но суммы малы, а страны вне выборки.

Фрагментация. Чем сильнее мир расходится на торговые блоки и чем жёстче санкции, тем сильнее мотив держать что-то вне долларовой системы. Но тот же мотив и толкает молчать.

Что произошло

Февраль: отказ там, где шансы были лучше всего. Совет Чешского национального банка решил пока не включать биткоин в резервы и оставил только пробный портфель. Чехия не в выборке, но это самый продвинутый случай в Европе.

Июль: в Бразилии закрылся короткий путь. Центробанк и минфин выступили против законопроекта. Страна выглядела самым вероятным кандидатом в БРИКС, а законопроект пока остаётся только предложением.

К ноябрю сдвинулись малые страны. Казахстан и Бутан дали единственный факт, заметно поднимающий шанс.

Отдельно стоит Иран: по оценке Elliptic, опубликованной в январе, его центробанк купил USDT не меньше чем на 507 млн долларов. Сам он этого не подтверждал, а покупки служили интервенциям и расчётам. Такой случай не засчитывается, но именно из-за него шанс стейблкоинов вырос с 1,5% до 2%.

Как мы считаем

Старт — чистый счёт: около 30 центробанков, 17 лет существования биткоина, ноль подтверждённых случаев. Даже щедрое правило для нулевых выборок даёт верхнюю оценку около 5% в год, до 11% за весь срок. Мы стартовали с 7%, потому что почти все крупные игроки отказываются прямо.

Дальше для каждого факта один вопрос: насколько вероятнее его увидеть в мире, где подтверждение состоится, чем там, где нет. Новость из Чехии говорит о биткоине и не говорит о стейблкоинах, поэтому их шансы она не трогает.

Отказ Бразилии сильнее остальных фактов, но оценка остаётся однозначной при любом из них.

Что изменит взгляд

Самый показательный сигнал — первая ступень лестницы внутри выборки: центробанк страны G20 или БРИКС объявляет о пробном портфеле или получает право держать криптоактивы до 31 декабря 2027 года. Покупка без такого шага маловероятна. Если этого не случится, вопрос можно считать почти закрытым.

Риски

Вверх. Страна под санкциями решает подтвердить владение из политических соображений. Смена руководства в центробанке меняет линию.

Вниз. Резкое падение биткоина перед решением даёт отказникам новый довод. Законопроект в Бразилии окончательно глохнет.

Ближайшей даты нет: все три сигнала имеют срок 31 декабря 2027 года, и новости будут приходить от законодателей и советов центробанков без расписания.

Источники